Свобода и фактичность: ситуация 1 глава

Решающий аргумент, применяемый здравым смыслом против свободы, заключается в том, чтоб напомнить нам о нашем бессилии. Будучи не в состоянии по прихоти изменять ситуацию, мы, кажется, не можем поменять и сами себя. Я не «свободен» ни избежать судьбы собственного класса, собственной цивилизации, собственной семьи, ни даже основать свою власть либо свою фортуну Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, ни одолеть свои даже самые малозначительные желания либо привычки. Я родился рабочим, французом, наследным сифилитиком либо туберкулезником. История хоть какой жизни, какая бы она ни была, есть история поражения. Коэффициент враждебности вещей такой, что необходимы годы терпения, чтоб получить самый малозначительный итог. Вприбавок «нужно покориться природе, чтоб Свобода и фактичность: ситуация 1 глава ею повелевать», другими словами расположить мое действие в клеточках детерминизма. Вроде бы ни казалось, что человек «делает себя», он представляет собой «бытие сделанное», изготовленное климатом и почвой, расой и классом, языком, историей общности, частью которой он является, наследственностью, персональными обстоятельствами собственного юношества, обретенными привычками, большенными и малыми событиями Свобода и фактичность: ситуация 1 глава собственной жизни.

Этот резон никогда глубоко не затрагивал защитников людской свободы. Декарт 1-ый сразу признал, что воля нескончаема и что необходимо «стараться одолеть быстрее себя, чем фортуну». Конкретно тут необходимо провести различия; многие из фактов, приводимых детерминистами, не могут быть приняты в расчет. Коэффициент враждебности вещей в особенности не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава может быть аргументом против нашей свободы, потому что конкретно нами , другими словами подготовительной позицией цели, вызывается этот коэффициент враждебности. Так гора, которая оказывает большущее сопротивление, если я желаю ее переместить, будет, напротив, мне ценной опорой, если я желаю на нее забраться, чтоб наслаждаться пейзажем. Сама по для себя гора, если даже можно Свобода и фактичность: ситуация 1 глава рассматривать ее саму по для себя, нейтральна, другими словами она ждет быть проясненной целью, чтоб обнаружиться как противник либо как ассистент. Не считая того, она может себя найти тем либо другим методом только снутри уже установленного орудийного-комплекса. Без кирки и палки альпиниста, без уже проложенных тропинок, без подъемной Свобода и фактичность: ситуация 1 глава техники гора была бы ни легкой, ни трудной для подъема на нее; вне этих рамок она не могла бы иметь никакой связи с техникой альпинизма. Таким макаром, хотя сырые вещи (то, что Хайдеггер именует «грубыми существованиями») могут с самого начала ограничивать нашу свободу деяния, сама свобода Свобода и фактичность: ситуация 1 глава должна за ранее конституировать рамки – технику и цели, – по отношению к которым сырые вещи будут обнаруживаться как границы. Если даже гора раскрывается как «слишком тяжелая для подъема» и мы должны отрешиться от восхождения на нее, то заметим, что она раскрывается таковой, чтоб быть сначало постигнутой как «скала, по которой можно взбираться»; как Свобода и фактичность: ситуация 1 глава следует, наша свобода конституирует границы, которые она потом увидит. Естественно, после этих замечаний остается неназываемый и невообразимый residuum, который принадлежит к рассматриваемому в-себе и делает то, что в мире, освещенным нашей свободой, такая-то гора будет более благоприятна для восхождения, чем другая. Но хотя этот остаток не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава является сначало границей свободы, конкретно благодаря ему, другими словами сырому в-себе как таковому, она появляется как свобода. По правде, здравый смысл согласится с нами, что бытие, называемое свободным , – это бытие, которое может реализовывать свои проекты. Но чтоб действие могло выполнить реализацию , необходимо априори провести различие меж Свобода и фактичность: ситуация 1 глава обычным проектом вероятной цели и реализацией этой цели. Если для реализации было бы довольно осознать, мы могли быть уже погружены в мир, схожий миру грез, где вероятное совершенно не отличается от реального. Я осужден, рассматривая мир, изменять себя по изменениям моего сознания, в согласовании с моей концепцией я не могу Свобода и фактичность: ситуация 1 глава практиковать «заключение в скобки», приостановление суждения, которое будет различать ординарную фикцию от реального выбора. Объект, появляющийся в то время, как он просто мыслим, не будет больше ни избираемым, ни только хотимым. Если различие меж обычным желанием, представлением , что я мог бы избрать, и выбором будет устранен, то свобода пропадет Свобода и фактичность: ситуация 1 глава совместно с ним. Мы свободны, когда конечная граница, средством которой мы показываем для себя, чем мы являемся, есть цель , другими словами не реально имеющееся, как выполняющееся желание, а объект, который еще не существует. Но, как следует, эта цель может быть непознаваемой, только если она разделена от нас и в то же Свобода и фактичность: ситуация 1 глава время доступна. Только совокупа реально имеющихся вещей может нас отделять от этой цели, так же и эта цель может быть понята только как состояние в дальнейшем этих вещей, которые отделяют меня от нее. Она является не чем другим, как наброском порядка имеющихся вещей, другими словами рядом предписаний поставить Свобода и фактичность: ситуация 1 глава эти вещи на основание их реальных отношений. Средством внутреннего отрицания для-себя освещает имеющиеся в их обоюдных отношениях вещи целью, которую оно ставит и проектирует, начиная с определений, которые оно познает в имеющихся вещах. Тут нет круга, как мы это лицезрели, так как появление для-себя осуществляется единым Свобода и фактичность: ситуация 1 глава разом. Но если так обстоит дело, то сам порядок имеющихся вещей нужен для свободы. Как раз средством их она отделяется и опять присоединяется к цели, которую преследует, заявляя о том, чем она является. Таким макаром, сопротивления, которые свобода открывает в имеющихся вещах, не являясь угрозой для нее, только и Свобода и фактичность: ситуация 1 глава позволяют для-себя показаться в качестве свободы. Свободное для-себя по другому и не существует, не считая как в качестве ангажированного в сопротивляющийся мир. Вне этого вовлечения, ангажированности, понятия свободы, детерминизма, необходимости теряют собственный смысл.

Не считая того, вопреки здравому смыслу, следует уточнить, что формула «быть свободным» не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава значит «получить то, чего хотели», но «определиться желать (в широком смысле выбирать) средством самого себя». По другому говоря, иметь какой бы то ни было фуррор в свободе. Дискуссия, которая противопоставляет здравый смысл философам, появляется тут из недоразумения; продукт исторических, политических и моральных событий, эмпирическое и ходячее понятие «свободы» равняется к Свобода и фактичность: ситуация 1 глава понятию «способности заслуги избранной цели». Техническое и философское понятие свободы, которое мы тут только и обсуждаем, значит только автономию выбора. Следует, но, увидеть, что выбор в отличие от мечты и желания тождествен предполагаемому действию начала реализации. Как следует, мы не будем гласить, что заключенный всегда свободен выйти из кутузки Свобода и фактичность: ситуация 1 глава – это было бы абсурдно, тем паче то, что он всегда свободен вожделеть освобождения – это было бы глупой трепотней, но он всегда свободен пробовать бежать (либо освобождаться), другими словами в каких бы критериях он ни находился, он может проектировать собственный побег н узнать ценность собственного проекта, начав действовать. Наше описание свободы не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава делает различия меж выбором и действием; мы должны отрешиться сходу от различия меж намерением (интенцией) и действием. Больше нельзя отделять намерение от деяния, как идея от языка, который ее выражает. Как наша речь позволяет осознать наши мысли, так наши деяния молвят о наших намерениях. По другому Свобода и фактичность: ситуация 1 глава говоря, мы можем их поделить, схематизировать, сделать их объектами, заместо того чтоб ограничиться их переживанием, другими словами иметь нететическое сознание. Это большое отличие меж свободой выбора к свободой заслуги, непременно, отмечал Декарт прямо за стоицизмом. Оно положило конец всем обсуждениям о «хотеть» и «мочь», которые ведут еще сейчас заступники и Свобода и фактичность: ситуация 1 глава противники свободы.

Более поистине и то, что свобода встречает либо кажется, что встречает, границы, полагаемые данным , которое она возвышает либо ничтожит. Показать, что коэффициент враждебности вещей и его нрав как препятствия (соединенный с его орудийным нравом) неизбежен для существования свободы, означает использовать обоюдоострый аргумент, потому что он допускает, что свобода Свобода и фактичность: ситуация 1 глава не устраняется данным, а, с другой стороны, показывает на некую вещь как на онтологическое обусловливание свободы. Не является ли обоснованным утверждать, как это делают некие современные философы, что без препятствий нет и свободы? И потому что мы не можем допустить, чтоб свобода создавала препятствия себе самой, что было Свобода и фактичность: ситуация 1 глава бы абсурдно для всякого, кто сообразил, что такое спонтанность, то кажется, что мы имеем тут дело с онтологическим первенством в-себе над для-себя. Нужно, таким макаром, рассматривать прошлые замечания как обыкновенные пробы расчистить почву и опять поставить сначала вопрос о фактичности.

Мы установили, что для-себя является свободным. Но Свобода и фактичность: ситуация 1 глава это не значит, что оно оказывается своим своим основанием. Если быть свободным значит быть своим своим основанием, необходимо, чтоб свобода решала вопрос о существовании собственного бытия. И эта необходимость может пониматься 2-мя методами. Сначала необходимо, чтоб свобода решала вопрос о собственном свободном бытии, другими словами не только лишь, чтоб она Свобода и фактичность: ситуация 1 глава избрала цель, да и сделала выбор себя как свободы. Это, стало быть, подразумевало бы, что возможность свободного бытия и возможность не быть свободным есть идиентично перед свободным выбором какой-то из них, другими словами перед свободным выбором свободы. Но если нужна подготовительная свобода, которая выбирала бы свободное бытие, другими Свобода и фактичность: ситуация 1 глава словами, в сути, выбирала бы быть тем, какова она уже есть, то мы могли быть отосланы в бесконечность, потому что подготовительная свобода нуждалась бы в другой предыдущей свободе, которая выбирала бы ее, и т.д.. В реальности, мы являемся одной свободой, которая выбирает, но мы не избираем Свобода и фактичность: ситуация 1 глава быть свободными; мы приговорены к свободе, как произнесли об этом выше, брошены в свободу либо, как увидел Хайдеггер, «заброшены». И, как мы лицезрели, эта заброшенность не имеет другого источника, не считая самого существования свободы. И если, как следует, свобода определена как ускользание, уход от данного, от факта, то Свобода и фактичность: ситуация 1 глава существует факт ускользания от факта. Это и есть фактичность свободы.

Но тот факт, что свобода не есть свое основание, может быть понят еще другим методом, который приведет к схожим заключениям. Бели, в реальности, свобода вынесла решение о существовании собственного бытия, необходимо не только лишь, чтоб было может быть бытие как несвободное Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, но еще, чтоб было может быть мое абсолютное несуществование. Другими словами, мы лицезрели, что в начальном проекте свободы цель обращается к мотивам, чтоб их конституировать; но если свобода должна быть своим своим основанием, цель должна, не считая того, обратиться к самому существованию, чтоб выполнить его возникновение. Видно, что из Свобода и фактичность: ситуация 1 глава этого вытекало бы: для-себя будет вытаскивать себя из ничто, чтоб добиться цели, которую оно для себя наметило. Это существование, легализованное собственной целью, было бы существованием по праву , а не фактическим . Вправду, посреди огромного количества методов, которые имеет для-себя, чтоб попробовать избавиться от начальной собственной случайности, есть один, который Свобода и фактичность: ситуация 1 глава состоит в попытке вынудить другого признать мое существование по праву. Мы носим внутри себя личные права исключительно в рамках широкого проекта, который стремится придать нам существование исходя из функции, которую мы исполняем. Это и есть причина, по которой человек пробует так нередко отождествиться со собственной функцией и Свобода и фактичность: ситуация 1 глава стремится созидать внутри себя только «председателя апелляционного суда», «казначея общих платежей» и т. д. Любая из этих функций, по правде, оправдывает свое существование собственной целью. Быть идентифицированным с какой-то из них – означает принимать свое существование, избавленным от случайности. Но эти усилия уйти от начальной случайности только еще посильнее Свобода и фактичность: ситуация 1 глава крепят ее существование. Свобода не может решать вопрос о собственном существовании зависимо от цели, которую она ставит. Непременно, она существует только через выбор, который определяется целью, но она не госпожа того факта, что есть свобода, которая заявляет о для себя, о том, чем она является через цель. Свобода, которая создавала бы Свобода и фактичность: ситуация 1 глава сама себя предназначенной к существованию, теряла бы сам смысл свободы. По правде, свобода не является обычной неопределенной силой, свойством. Если б она была такой, она была бы ничто либо в-себе; конкретно средством необычного (aberrante) синтеза в-себе и ничто ее можно осознавать как нагую силу Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, существующую до собственного выбора. Она определяется самим своим появлением в «действии». Но мы лицезрели, что действие подразумевает ничтожение данного. Делают что-то из чего-то. Таким макаром, свобода есть недочет бытия по отношению к данному бытию, а не появление полного бытия. И если она является этой дырой бытия, этим Свобода и фактичность: ситуация 1 глава ничто бытия, о котором мы говорим, то она подразумевает все бытие , чтоб появиться посреди бытия как дыра. Она не может, как следует, обусловиться к существованию исходя из ничто, так как всякое творение, исходя из ничто, может быть только бытием-в-себе. Мы, вобщем, обосновали в первой части этого труда Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, что ничто не может показаться нигде, если оно не посреди бытия. Мы присоединяемся тут к требованиям здравого смысла; эмпирически мы можем быть свободными только по отношению к состоянию вещей и невзирая на это состояние вещей. Можно сказать, что я свободен по отношению к этому состоянию вещей, когда оно меня не стесняет. Таким Свобода и фактичность: ситуация 1 глава макаром, эмпирическое и практическое понятие свободы вполне отрицательное, она начинается с рассмотрения ситуации и констатирует, что эта ситуация дает мне возможность свободно преследовать ту либо другую цель. Можно даже сказать, что эта ситуация обусловливает мою свободу, в том смысле, что она находится тут, чтоб меня не стеснять . Ситуация – снятие Свобода и фактичность: ситуация 1 глава запрета ходить по улицам после комендантского часа. А что могла бы значить для меня свобода (которая дана мне, к примеру, средством пропуска) гулять ночкой?

Таким макаром, свобода является наименьшим бытием, которое подразумевает бытие, чтоб его избежать. Она не свободна ни не существовать, ни не быть свободной. Мы Свобода и фактичность: ситуация 1 глава усвоим на данный момент связь этих 2-ух структур; по правде, потому что свобода является бегством от бытия, она может выполняться рядом с бытием побочно и в проекте перелета; из кутузки не бегут, если не попали туда. Проект себя вне бытия не может ни при каких обстоятельствах конституироваться как ничтожение этого Свобода и фактичность: ситуация 1 глава бытия. Свобода есть ускользание от вовлеченности в бытие, она есть ничтожение бытия, которым она является . Это не значит, что людская действительность поначалу существует, чтоб позже быть свободной. Позже и поначалу – определения, сделанные самой свободой. Просто появление свободы порождается двойным ничтожением бытия, которым она является , и бытия, посреди которого она Свобода и фактичность: ситуация 1 глава есть. Естественно, она не является этим бытием в смысле бытия-в-себе. Но она делает так, что это бытие находится сзади нее и освещено в собственных недочетах целью, которую она избрала; она имеет в бытии сзади себя это бытие, которое она не выбирала, и как раз в той мере, в Свобода и фактичность: ситуация 1 глава какой она обращается к нему, чтоб его осветить; она делает так, что это бытие появилось бы в связи с plenum бытия, другими словами посреди мира. Мы гласили, что свобода несвободна не быть свободной и что она не свободна не существовать. Тот факт, что она не в состоянии Свобода и фактичность: ситуация 1 глава не быть свободной, является фактичностью свободы, а тот факт, что она не в состоянии не существовать, есть ее случайность . Случайность и фактичность составляют единое; существует бытие, которое свобода имеет в бытии в форме небытия (другими словами ничтожения). Существовать в качестве факта свободы либо иметь в бытии бытие посреди Свобода и фактичность: ситуация 1 глава мира оказывается одним и этим же, а это значит, что свобода сначало есть отношение к данному .

Но каково отношение к данному? И необходимо ли осознавать под этим, что данное (в-себе) обусловливает свободу? Разглядим это подробнее. Данное не является ни предпосылкой свободы (потому что оно может создавать только данное), ни Свобода и фактичность: ситуация 1 глава основанием (так как всякое «основание» приходит в мир через свободу). Данное не является также нужным условием свободы, потому что мы находимся на почве незапятанной случайности. Оно не является и нужной материей , на которой должна проявляться свобода, так как это подразумевало бы, что свобода существует как аристотелевская форма либо как Свобода и фактичность: ситуация 1 глава Pneuma стоиков, на сто процентов готовая, и что она стремится обработать материю. Данное не заходит никуда в конституцию свободы, так как последняя самоуглубляется как внутреннее отрицание данного. Просто оно есть незапятнанная случайность, которую свобода опровергает, делая собственный выбор; оно является полнотой бытия, которую свобода окрашивает в дефицитность и Свобода и фактичность: ситуация 1 глава отрицательность, проясняя его в свете несуществующей цели; данное является самой свободой , так как она существует , и, что бы она ни делала, она не может избежать собственного существования. Читатель сообразил, что это данное является не чем другим, как в-себе, ничтожимым для-себя, которое имеет его в бытии; оно – тело как точка Свобода и фактичность: ситуация 1 глава зрения на мир; оно – прошедшее как суть , которым было для-себя, – это три обозначения одной и той же действительности. Своим ничтожащим отступлением свобода делает то, что устанавливается система отношений исходя из убеждений цели меж «всеми» в-себе, другими словами меж plenum бытия, которое раскрывается, как и мир , и бытием Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, которое свобода имеет в бытии, посреди этого plenum, и которое раскрывается как одно бытие, одно это, которое она имеет в бытии. Как следует, самой собственной проекцией к цели свобода конституирует в качестве бытия посреди мира отдельное datum, которое она имеет в бытии. Она его не выбирает, потому что это означало Свобода и фактичность: ситуация 1 глава бы выбирать свое собственное существование, но через выбор, который она делает собственной целью, она производит то, что это отдельное данное раскрывается тем либо другим методом, под таким либо другим освещением, в связи с открытием самого мира. Таким макаром, сама случайность свободы и окружающая ее случайность мира возникают в Свобода и фактичность: ситуация 1 глава нем исключительно в свете цели, которую избрала свобода, другими словами не как сырые имеющиеся вещи, но в единстве освещения самого ничтожения. И свобода не сумеет опять постигнуть эту совокупа в качестве незапятнанного datum, потому что это нужно было бы делать вне всякого выбора, и, как следует, она закончила бы быть Свобода и фактичность: ситуация 1 глава свободой. Мы назовем ситуацию случайностью свободы в plenum бытия мира, так как это datum, которое находится тут, только чтоб не стеснять свободу, раскрывается только в этой свободе как уже проясненное целью, которую она избрала. Таким макаром, datum никогда не возникает как сырое имеющееся в-себе для-себя Свобода и фактичность: ситуация 1 глава; оно раскрывается всегда в качестве мотива , потому что раскрывается исключительно в свете цели, которая его освещает. Ситуация и мотивация составляют одно целое. Для-себя раскрывается как вовлеченное в бытие, нагруженное им, испытывающее от него опасность; оно открывает положение вещей, которые окружают его как мотив для реакции защиты либо Свобода и фактичность: ситуация 1 глава атаки. Но оно в состоянии сделать это открытие только поэтому, что свободно ставит цель, для которой положение вещей является угрожающим либо подходящим. Эти замечания помогают нам уяснить, что ситуация , общий итог случайности в-себе и свободы, является феноменом неопределенным, в каком для-себя нереально различить вклад свободы и сырого имеющегося Свобода и фактичность: ситуация 1 глава. Так же как свобода является уходом от случайности, которую она имеет в бытии, ситуация является свободной координацией и свободным определением сырого данного, не позволяющего определять себя кое-как, хоть каким методом. Вот я у подножия горы, которая кажется мне «неприступной». Это означает, что гора мне является под углом зрения Свобода и фактичность: ситуация 1 глава проекта подъема, проекта вторичного, который находит собственный смысл исходя из исходного проекта, являющегося моим бытием-в-мире. Таким макаром, гора выделяется на фоне мира в итоге начального выбора моей свободы. Но, с другой стороны, то, что не может решить свобода, есть конкретно гора, «на которую необходимо взбираться» вне зависимости Свобода и фактичность: ситуация 1 глава от того, пригодна она для подъема либо нет. Это составляет часть сырого бытия горы. Все же гора может найти свое сопротивление подъему на нее, только включаясь средством свободы в «ситуацию», общей темой которой является подъем. Для просто прогуливающего, который проходит по дороге и свободный проект которого – незапятнанное эстетическое обозрение пейзажа Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, гора не раскроется ни как доступная, ни как труднодоступная; она только обнаружится как красивая либо отвратительная. Как следует, нереально найти в каждом отдельно взятом случае, что выпадает на долю свободы, а что – на долю сырого бытия в для-себя. Данное внутри себя как сопротивление либо как помощь раскрывается исключительно в Свобода и фактичность: ситуация 1 глава свете проектирующей свободы. Но проектирующая свобода организует освещение таким, каким в-себе раскрывается тут, как оно есть , другими словами сопротивляющимся либо благорасположенным; очевидно, сопротивление данного берется не прямо как качество в-себе, но только как указание, через свободное освещение и свободное преломление, на неуловимое quid. Как следует, исключительно Свобода и фактичность: ситуация 1 глава в свободном появлении свободы и через него мир развивает и обнаруживает препятствия, которые в состоянии сделать нереализованной проектируемую цель. Человек встречает препятствие исключительно в поле собственной свободы. Более того, нереально априори установить, что выпадает на долю сырого существования и свободы в препятствии, характерной некому раздельно существующему. То, что является Свобода и фактичность: ситуация 1 глава препятствием для меня, не будет им для другого. Нет абсолютного препятствия, но препятствие открывает собственный коэффициент враждебности через технику, свободно изобретаемую, свободно принимаемую; препятствие раскрывается также в функции ценности цели, поставленной свободой. Эта гора не будет препятствием, если я желаю во что бы то ни стало взобраться на верхушку Свобода и фактичность: ситуация 1 глава горы; напротив, она меня обескураживает, если я свободно обусловил границы моему желанию совершить проектируемое восхождение. Таким макаром, мир через коэффициенты враждебности открывает мне метод, которым я придерживаюсь поставленных мною целей; так что я никогда не могу знать, дает ли мне мир сведения обо мне либо о для себя. Не считая Свобода и фактичность: ситуация 1 глава того, коэффициент враждебности данного не является никогда обычным отношением к моей свободе как чистому ничтожащему фонтанированию; он есть проясненное свободой отношение меж datum, которым является гора, и datum, которое моя свобода имеет в бытии, другими словами меж случайностью, которой свобода не является, и собственной незапятанной фактичностью. При равном Свобода и фактичность: ситуация 1 глава желании восхождения гора будет легкой для подъема атлетически сложенного скалолаза и трудной для другого, новенького, плохо тренированного, с хилым телом. Но тело находится, со собственной стороны, как плохо либо отлично тренированное только по отношению к свободному выбору. Конкретно поэтому, что я тут и что я сделал из Свобода и фактичность: ситуация 1 глава себя, чем я являюсь, гора открывает по отношению к моему телу коэффициент враждебности. Для адвоката, живущего в городке и произносящего речь, скрыв тело под адвокатской мантией, гора не является ни трудной, ни легкой для подъема: она растворена в целостности «мира», не появляясь в нем никак. В этом смысле конкретно я Свобода и фактичность: ситуация 1 глава выбираю свое тело в качестве хилого, противопоставляя его трудностям, которые я принудил показаться (спорт, альпинизм, велосипедный спорт). Если б я не избрал занятие спортом, если б я пребывал в городках и занимался только торговлей либо умственными делами, мое тело не стало бы ни при каких обстоятельствах определяться с этой Свобода и фактичность: ситуация 1 глава точки зрения. Таким макаром, мы начинаем созидать феномен свободы; свобода есть исключительно в ситуации , и ситуация находится только благодаря свободе. Людская действительность всюду встречает препятствия и сопротивления, ею не сделанные; но эти препятствия и сопротивления имеют только смысл в выборе и через свободный выбор, которым является людская действительность. Но Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, чтоб лучше осознать смысл этих замечаний и использовать то, что они содержат, необходимо на данный момент проанализировать в их свете несколько ясных примеров. То, что мы окрестили фактичностью свободы, есть данное, которое она имеет в бытии и освещает из собственного проекта. Это данное находится многими методами, хотя в абсолютном единстве такого Свобода и фактичность: ситуация 1 глава же освещения. Это мое место, мое тело, мое прошедшее, моя позиция , так как она уже определена указаниями Других, в конце концов – мое базовое отношение к Другому . Мы исследуем поочередно и на ясных примерах эти разные структуры ситуации. Но нельзя никогда терять из виду, что никакая из их не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава является данной единично и что, когда рассматривают изолированно одну, ограничиваются ее возникновением на синтетическом фоне других.

А) Мое место

Оно определяется пространственным порядком и единичной природой «этих», которые открываются мне на фоне мира. Это, естественно, местность, на которой «я живу» (моя «страна» с ее почвой, климатом, богатствами, ее гидрографической и орографической Свобода и фактичность: ситуация 1 глава конфигурацией), но это также просто-напросто размещение и порядок объектов, которые в реальном стают передо мной (стол, с другой стороны стола – окно, слева от окна – сундук, справа – стул и по ту сторону окна – улица и море) и указывают на меня как на само основание их порядка Свобода и фактичность: ситуация 1 глава. Нереально, чтоб я не имел бы места, кроме того, что находился бы по отношению к миру в состоянии перелета и мир не обнаруживался бы никаким методом, как мы это лицезрели ранее. Не считая того, хотя это истинное место могло быть предписано мне свободой (я «пришел» сюда), я могу его занимать исключительно Свобода и фактичность: ситуация 1 глава в функции того места, которое я занимал ранее, и следуя путям, намечаемым самими объектами. А это предыдущее место отсылает меня к другому, последнее – к другому и т.д. до незапятанной случайности моего места , другими словами прямо до того из моих мест, которое не отсылает меня никуда, до места Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, которое предназначено мне рождением. По правде, ничего не отдало бы разъяснение этого последнего места местом, которое занимала моя мама, когда она родила меня и я появился на свет; цепь прервана; места, свободно избираемые моими родителями, не могут иметь никакого значения в качестве разъяснения моих мест; и если рассматривают Свобода и фактичность: ситуация 1 глава одно из их в связи с моим начальным местом (когда молвят, к примеру, что я родился в Бордо, так как мой отец был назначен туда бюрократом, либо что я родился в Туре, так как мои дедушка и бабушка имели там собственность и мама отыскала у их убежище, после того как Свобода и фактичность: ситуация 1 глава во время ее беременности ей дали знать о погибели моего отца), то все эти разъяснения дают только возможность прийти к выводу, как для меня рождение и место, которое мама мне обусловила, являются случайными вещами. Таким макаром, родиться – это означает вместе с другими чертами занять свое место либо, быстрее, после всего, что Свобода и фактичность: ситуация 1 глава мы только-только произнесли, получить его. И потому что это первоначальное место будет местом, начиная с которого я буду занимать новые места в согласовании с определенными правилами, кажется, что тут есть сильное ограничение моей свободы. Вопрос, вобщем, запутывается, когда начинают рассуждать о нем; заступники свободной воли Свобода и фактичность: ситуация 1 глава говорят, что, начиная с хоть какого места, занимаемого в реальном, моему выбору предоставляется нескончаемое количество других мест; противники свободы настаивают на том, что нескончаемое количество мест для меня исключено фактом наличия на одном месте и что, не считая того, предметы обращены ко мне стороной, которую я не выбирал и которая исключает Свобода и фактичность: ситуация 1 глава все другие; они добавляют, что мое место очень глубоко связано с другими критериями моего существования (режим питания, климат и т. д.), которые не содействуют моему осуществлению. Меж сторонниками и противниками свободы согласие кажется неосуществимым. Это поэтому, что спор ведется не на настоящей почве.

В реальности, если мы Свобода и фактичность: ситуация 1 глава желаем поставить вопрос верно, необходимо начинать с этой антиномии: людская действительность получает сначало свое место посреди вещей, она является тем, средством чего нечто как место приходит к вещам. Без людской действительности не было бы ни места, ни места. Но эта людская действительность, через которую размещение придается вещам, получает свое место посреди вещей Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, не являясь совсем над ними госпожой. По правде говоря, тут нет потаенны. Описание должно исходить из антиномии; как раз она укажет нам четкое отношение свободы и фактичности.

Геометрическое место, другими словами незапятнанная обратимость пространственных отношений, является незапятнанным ничто, как мы это лицезрели. Единственное определенное место, которое может Свобода и фактичность: ситуация 1 глава мне открыться, – это абсолютное протяжение, другими словами то, что определяется моим местом, рассматриваемым как центр, для которого расстояния рассчитываются полностью от предмета ко мне без обратимости. И единственное абсолютное протяжение есть протяжение, которое развертывается начиная с места, которым я являюсь полностью. Никакая другая точка не могла бы быть выбрана Свобода и фактичность: ситуация 1 глава в качестве абсолютного центра отсчета, не будучи унесенной тотчас в универсальную относительность. Если есть протяжение, в границах которого я постигаю себя в роли свободного либо несвободного, которое будет представляться мне как помогающее либо агрессивное (отделяющее), то это может быть только поэтому, что сначала я существую на моем месте , без Свобода и фактичность: ситуация 1 глава выбора, вне необходимости, как незапятнанный абсолютный факт моего бытия там. Я . нахожусь там , не тут, но там . Вот факт абсолютный и непостижимый, который является источником пространственности и, как следует, моих начальных отношений с вещами (с этими быстрее, чем с теми). Факт незапятанной случайности – факт абсурдный.

С другой стороны, только это Свобода и фактичность: ситуация 1 глава место, которым я являюсь , есть отношение. Отношение непременно уникальное, но все таки отношение. Если я ограничиваюсь существованием на моем месте, я не могу быть в то же время в другом месте, чтоб установить это базовое отношение; я даже не могу иметь смутного осознания объекта, по отношению к которому Свобода и фактичность: ситуация 1 глава определяется мое место. Я могу только существовать внутренними определениями, которые вызывают во мне непостижимые и невообразимые объекты, окружающие меня, без того чтоб я мог знать об этом. Сразу исчезает сама действительность абсолютной протяженности, и я лишаюсь всего, что похоже на место. Не считая того, я ни свободен, ни Свобода и фактичность: ситуация 1 глава несвободен – незапятнанное существование, без принуждения, без всякого также средства опровергать принуждение. Чтоб нечто, будучи протяжением, обусловилось сначало как мое место в мире и сразу обусловило меня в четком смысле слова, нельзя, чтоб я существовал лишь на моем месте, другими словами чтоб я мог бы быть там ; необходимо, таким макаром, чтоб я не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава мог быть там совершенно, чтоб иметь возможность быть там понизу, около объекта, который размещен в 10 метрах от меня, и исходя из него я заявляю о собственном месте. Уникальное отношение, которое определяет мое место, выражается в реальности как отношение меж нечто, которым являюсь я, и нечто, которым Свобода и фактичность: ситуация 1 глава я не являюсь. Это отношение, чтоб раскрыться, должно быть установлено. Оно подразумевает, как следует, что я мог бы совершить последующие операции: 1) Ускользать от того, чем я являюсь, и его ничтожить таким макаром, чтоб все осталось имеющимся , а я мог раскрыться в качестве члена дела. Это отношение дано конкретно, не Свобода и фактичность: ситуация 1 глава в ординарном созерцании объектов (нам могли бы сделать возражение, если б мы попробовали вывести место из незапятнанного созерцания, что объекты даются с абсолютными размерами , а не с абсолютными расстояниями) , а в самом нашем действии: «он направляется к нам», «избегайте его», «я бегу за ним» и т. д. И оно Свобода и фактичность: ситуация 1 глава как таковое подразумевает осознание того, что я являюсь в качестве бытия-там. Но в то же время необходимо найти, чем я являюсь исходя из бытия-там других «этих». Я есть, как бытие-там, тем, к которому направляются бегом, тем, который должен подниматься еще час, до того как оказаться на верхушке Свобода и фактичность: ситуация 1 глава горы, и т. д. Стало быть, когда я рассматриваю, к примеру, верхушку горы, идет речь об уходе от себя, сопровождаемом оборотным отступлением, которое я произвожу, отправляясь от верхушки горы к моему бытию-здесь, чтоб найти место . Таким макаром, я должен быть тем, «что я имею в бытии», – самим фактом ухода оттуда Свобода и фактичность: ситуация 1 глава. Чтоб я обусловил себя своим местом, необходимо сначала, чтоб я отошел от себя самого, тем установить координаты, исходя из которых я буду определять себя более точно как центр мира. Необходимо увидеть, что мое бытие-там не может ни при каких обстоятельствах найти возвышение, которое устанавливает и располагает вещи Свобода и фактичность: ситуация 1 глава, потому что оно является незапятнанным данным , не способным проектировать. Вобщем, для четкого определения того либо другого бытия-там уже нужно, чтоб оно определялось возвышением, следуемым за определенным отходом. 2) Уходить средством внутреннего отрицания «этих» в середине-мира, которыми я не являюсь и средством чего я заявляю, чем я Свобода и фактичность: ситуация 1 глава являюсь . Открыть их и уходить от их в реальности, как мы это лицезрели, является одним и этим же отрицанием. Тут еще внутреннее отрицание является первым и спонтанным в отношении datum как открытого. Нельзя согласиться с тем, что данное вызывает наше восприятие. Напротив, чтоб было «это», объявляющее о собственных расстояниях Бытию-там, которое Свобода и фактичность: ситуация 1 глава есть я , необходимо как раз, чтоб я избежал его незапятнанным отрицанием. Ничтожение, внутреннее отрицание, определяющий возврат к бытию-там, которое есть я, – эти три операции представляют одно целое. Они только моменты начальной трансцендентности, которая устремляется к цели, ничтожа меня, чтоб заявить обо мне средством грядущего, которое я есть. Как Свобода и фактичность: ситуация 1 глава следует, конкретно моя свобода показывает мое место и определяет его, располагая меня в нем; я не могу быть строго ограничен этим бытием-там, которое я есть, так как моя онтологическая структура – не быть тем, что я есть, и быть тем, что я не есть.


svobodnij-i-ravnij-referat.html
svobodnoe-ispolzovanie-obektov-avtorskogo-prava.html
svobodnoe-obshestvo-eto-vse-eshe-ideya-zhdushaya-svoej-realizacii.html